Пятница, 09 июля 2010 09:05

«В суровом сорок первом» (воспоминания И.И. Якубовского)

Якубовский Иван Игнатьевич (1912–1976 гг.), командир танкового батальона, танкового полка, заместитель командира бригады, командир 91-й отдельной танковой бригады 3-й гвардейской танковой армии 1-го Украинского фронта, заместитель командира гвардейского танкового корпуса. Маршал Советского Союза. Дважды Герой Советского Союза. Маршал Советского Союза. Герой ЧССР.


* * *

Якубовский Иван Игнатьевич...Среди многих воспоминании о начальном периоде войны мне особенно хорошо запомнилась борьба за Могилев. Сколько доблести и мужества проявили здесь советские люди!

На направлениях главных ударов противник создал более чем трехкратное превосходство в силах и средствах. Так, в районе Шклова против трех стрелковых дивизий (без танков) противник бросил в бой три танковые и до трех моторизованных дивизий. В районе Быхова против одной нашей стрелковой дивизии действовали две танковые и одна моторизованная дивизии врага.

10 и 11 июля в районах Шклова и севернее Быхова гитлеровцам удалось форсировать реку, захватить плацдармы и сосредоточить на восточном берегу ударные группировки из состава 2-й танковой группы. В последующие дни 46-й моторизованный корпус этой группы нанес удар в направлении Шклов — Горки, а 24-й моторизованный корпус — южнее Могилева в направлении Быхова — Славгорода (Пропойска). Этим корпусам удалось прорвать оборону 13-й армии и обойти Могилев с севера и юга.

Непосредственно для наступления на Могилев враг вначале выделил одну 3-ю танковую дивизию, которая в течение двух дней, 12 и 13 июля, пыталась с ходу овладеть городом. Но, встретив упорное сопротивление и понеся большие потери, она вынуждена была прекратить наступление. Для взятия города вражеское командование спешно подтягивало пехотные дивизии.

16 июля моторизованная дивизия СС «Рейх», наступавшая на Мстиславль, и 3-я танковая дивизия, наступавшая на Кричев, сомкнулись восточнее Могилева в районе деревни Долговичи. Часть войск 13-й армии, находившейся в районе города, оказалась в окружении.

Среди них — 61-й стрелковый корпус в составе 110 и  172-й стрелковых дивизий, 507-й стрелковый полк 148-й стрелковой дивизии, 542-й стрелковый полк 161-й стрелковой дивизии, а также остатки 26, 38-й танковых и 210-й моторизованной дивизий 20-го механизированного корпуса.

После боев на реке Друть соединения 20-го механизированного корпуса намечалось вывести в район деревни Сухари для переформирования. Однако выйти в этот район не было возможности. Пришлось 11 июля вступить в бой с частями 10-й танковой дивизии и полком «Великая Германия» противника, пытавшимися наступать на Могилев с севера вдоль восточного берега Днепра.

В течение 11–15 июля корпус активными боевыми действиями не дал возможности вражеским войскам выйти к Могилеву с севера. При этом наши части не только упорно оборонялись, но и сами переходили в контратаки. Такая контратака была предпринята 12 июля с рубежа Саськова, Николаевка в направлении деревень Бель, Рыжковичи.

Противник был оттеснен на 2—3 км и понес чувствительные потери. Контратаки корпусом в направлении Бель, Рыжковичи были повторены и 13 июля, что сковало значительные силы противника.

Части 61-го стрелкового и 20-го механизированного корпусов под общим командованием командира 61-го стрелкового корпуса генерал-майора Ф.А. Бакунина продолжали выполнять приказ командующего войсками Западного фронта Маршала Советского Союза С.К. Тимошенко: «Могилев оборонять во что бы то ни стало».

Причем и в период временного затишья наши войска часто сами переходили к активным наступательным действиям. Например, с утра 17 июля части 20-го механизированного корпуса с рубежа Сухари, Мошенаки нанесли удар по врагу в направлении Дубровка — Копысь и освободили населенные пункты Доманы, Займище, Дивново, Ордать, Старые Чемоданы, Забродье и другие.

Здесь мы впервые стали свидетелями зверств гитлеровцев. В деревне Старые Чемоданы они заживо сожгли в трех строениях наших раненых бойцов. Враг лютовал. Фашисты рассчитывали, что все это вызовет у советских воинов страх перед ними. Но зверства фашистов вызвали у советских людей не страх, а ненависть. Каждый воин понял, что нужно упорно драться до полной победы над врагом. Здесь бойцы 20-го механизированного корпуса поклялись: пока глаза видят, а руки держат оружие, беспощадно уничтожать фашистских извергов.

В боях под Могилевом наши воины, несмотря на то, что были слабо вооружены и испытывали недостаток в боеприпасах, проявили массовый героизм и мужество, нанесли врагу большой урон в живой силе и технике. В этих боях особенно отличилась 172-я стрелковая дивизия генерал-майора М.Т. Романова. Только один ее 388-й стрелковый полк в течение 11 и 12 июля уничтожил 39 немецких танков.

На усиление своих войск под Могилевом немецко-фашистское командование вынуждено было перебросить пехотные дивизии 2-й полевой армии. Кровопролитные бои непосредственно за город с новой силой возобновились 20 июля. В наступление перешли 7-я и 23-я пехотные дивизии 7-го армейского корпуса противника при поддержке авиации.

Наши героические части отразили атаки превосходящих сил врага. Генерал-майор Ф.А. Бакунин 21 июля доносил командующему 13-й армии: «Вторые сутки веду упорные бои с превосходящими силами противника. Положение удерживаю. Снаряды кончаются. Прошу сообщить, когда будут доставлены снаряды».

Однако положение войск, находящихся в окружении в районе Могилева, с каждым днем усложнялось.

22 июля в бой за Могилев вступили еще две, 15-я и 78-я, пехотные дивизии противника. 23 июля встречным ударом 7-й пехотной дивизии с севера и 78-й — с юга противнику удалось расколоть на две части нашу окруженную группировку, захватить железнодорожную станцию Луполово и располагавшийся в ее районе аэродром. Снабжение наших войск, и без того ограниченное, прекратилось полностью.

Обескровленные части нашего корпуса были переброшены на этот участок, в частности 51-й полк — в район авиамоторного завода. Исполняющий обязанности заместителя командира 26-й танковой дивизии полковник К.Ф. Скоробоготкин лично мне на КП полка отдал приказ — овладеть рощей и выйти к станции Луполово.

Обнаружив наше сосредоточение, противник открыл массированный минометный огонь. Разрывом мины я был ранен в лицо, осколок застрял в челюсти. Вытащил его, перевязал себя индивидуальным пакетом и приказал начать наступление.

Здесь вновь проявил себя младший командир Ковалев. При разрыве мины выбыл из строя расчет 37-миллиметровой пушки. Ковалев один поднял лафет, повернул пушку на прямую наводку и вел по врагу уничтожающий огонь. Ковалев показал себя храбрым и умелым артиллеристом. Батарею, которой он продолжал командовать, называли ковалевской.

— Уж если она стоит на позиции, то немцы не пройдут,— говорили бойцы.

Нам удалось потеснить врага, захватить понтонный парк, который предназначался для форсирования Днепра, и большое количество имущества.

Вскоре получил приказ командования дивизии на отход. Мы зажгли понтоны, машины и имущество и отошли в лес. Почти всю ночь сзади нас разливалось огромное зарево.

Как мне после стало известно, утром 26 июля генерал-майор Бакунин пригласил на командный пункт командиров соединений, ознакомил их с обстановкой, сложившейся перед фронтом, и изложил план выхода из района Могилева.

Время выхода было назначено на исход дня 27 июля. Планом предусматривалось движение войск маршрутами в общем направлении Мстиславль — Рославль.

Продолжались ожесточенные бои. Смертью храбрых пали многие наши солдаты и командиры. Погиб бесстрашный командир роты нашего полка Мамонов.

Наши войска в районе Могилева сковали часть сил 46-го и 24-го моторизованных корпусов и 2-й танковой группы < Гудериана, нанесли им значительный урон и не дали с ходу прорваться на дальние подступы к Москве.

В этом большая заслуга всей 13-й армии, которая упорно оборонялась в районе Могилева и на реке Сож, а также наступательных действий 21-й армии под командованием генерала Ф.И. Кузнецова под Бобруйском. Этой армии еще 13 июля удалось форсировать Днепр, освободить Рогачев и Жлобин и тем самым сковать до восьми дивизий врага. Все эти действия наших войск во многом способствовали срыву замыслов противника на быстрое продвижение в глубь нашей страны, к сердцу нашей Родины — Москве.

Каждый выигранный бой и сражение, каждая остановка врага на несколько дней были чрезвычайно важны для нас в то время. Родина накапливала резервы.

Истощая и обескровливая врага, наша армия готовилась к решительным сражениям.

«Солдатами были все». — Мн.: «Беларусь», 1972.

Товары и услуги в Могилеве

Instagram
Vkontakte
Twitter